Проверка слова:  

 

«Русский язык за рубежом», № 1, 2001 год

 

О функционально-семантическом описании модальных слов — знаков кажимости

05.11.2002

Н. В. Гатинская

О ФУНКЦИОНАЛЬНО-СЕМАНТИЧЕСКОМ ОПИСАНИИ МОДАЛЬНЫХ СЛОВ — ЗНАКОВ КАЖИМОСТИ
 

Н. В. Гатинская, доцент Российского университета дружбы народов
 

Повышенный интерес к служебным словам привел к возникновению в последние годы ряда системных описаний этих слов.

К показателям кажимости относятся модальные слова (МС) как будто, как бы, будто, будто бы, как будто бы, словно, точно, казалось, кажется, вроде бы (вроде), вроде как и др. В статье анализируются единицы как будто, как бы, кажется.

Знаки кажимости показывают интерпретацию говорящим субъективного восприятия того положения дел, которое обозначается в высказывании. Например:

  1. ...Весной следующего года с Катей произошел пустой, но знаменательный случай... Катя с необычайной ясностью вспомнила Константина Сергеевича, на минуту у ней захватило дыхание, она почувствовала, что это лежит в былом-неповторимом. Плохо понимая, что происходит, ясно осознавала, однако, что в груди ее как будто отделяется и отплывает огромная льдина, так долго давившая сердце (Б. Зайцев).

  2. Колдунов учился безнадежно плохо: особая русская безнадежность, когда как бы очарованный балбес стоймя погружается сквозь прозрачные слои классов, так что младшие постепенно до него дорастают в оцепенении страха и потом, через год, с облегчением оставляют его позади (В. Набоков).

В приведенных примерах реальная ситуация осмысляется метафорически, субъект подставляется в вымышленное событие.

Реальную ситуацию можно представить и в прямом отражении:

1. ...Катя вдруг поняла, что боль от разлуки уходит. 2. Колдунов учился так плохо и долго, что все младшие, которые его боялись, дорастали до него и уходили дальше.

При буквальном отражении событий пропадает что-то важное, оно не достигает цели: высказывание не затрагивает эмоций адресата (читателя). Метафора становится единственным способом донести до адресата сферу индивидуальных восприятий, чувств, состояний. С точки зрения говорящего (автора) такое осмысление событий более адекватно, чем буквальное, ибо соответствует его внутреннему эмоциональному накалу. МС как будто и как бы служат здесь мостом между реальной ситуацией, о которой идет речь, и ее обозначением с помощью вымышленного события — развернутого метафорического высказывания.

МС кажимости предупреждают адресата, чтобы он видел расхождение между реальной ситуацией и ее обозначением, например, с помощью метафоры — вымышленного события. Например: Когда у нас пили за здоровье кого-либо, то орущие здравицу на картине как бы присоединялись к нашим гостям. Братскую нежность я чувствовал к тому малышу, который на первом плане отбивает дробь на барабане. С этим мальчиком, когда я был его роста, я пробовал заговаривать, и мальчик как будто улыбался мне в ответ (А. Бенуа, Воспоминания). В «Смехе» рождался истинный Малявин. В стоящих перед зрителем и смеющихся крестьянских девушках и женщинах ощущается что-то вызывающее. Они смеются, машут руками, даже готовы как будто что-то кинуть в вас) Д. Сарабьянов, История русского искусства конца ХIХ — начала ХХ вв.).

Непосредственные ощущения, которые описываются в приведенных примерах, вызваны не живым объектом, а изображением на картине. Изображение приравнивается по остроте восприятия к реальным, полным жизни объектам. Оно представляется автору текста (говорящему) таким живым, что с ним можно вступить в контакт, общение. В то же время модальное слово указывает, что это общение мнимое, что это воображаемая ситуация.

МС как бы маркирует кажимость в употреблениях типа: И вот вечерами в теплом доме на Оке я вспоминаю Север. В дом ко мне как бы приходят механик Попов и боцман Малыгин (Ю. Казаков, Северный дневник). Яркие звезды, которые как бы бежали по макушкам дерев, пока солдаты шли лесом, теперь остановились, ярко блестя между оголенных ветвей дерев (Л. Толстой, Хаджи-Мурат).

В примерах, обозначающих гипотетическое событие, фразу обычно можно трансформировать, подставив скрепу как если бы: Пушкинская влюбчивость — именно в силу широты и воспламеняемости этого чувства — принимает размеры жизни... Как будто Пушкин задался мыслью всех ублажить и уважить, не обойдя своими хлопотами ни одной красотки... (А. Синявский, Прогулки с Пушкиным). — Как если бы он задался мыслью всех ублажить и уважить.

МС кажется обычно рассматривается лингвистами лишь как один из главных показателей достоверности. Этот показатель имеет яркую внутреннюю форму, которая, по сути, противоречит значению достоверности. МС кажется наследует от предиката значение ирреальности, что противоречит семантике достоверности.

Проследим, как ведет себя МС кажется в качестве знака кажимости. Например: Дорогу освещает маленькая, тусклая луна. Озябшая, жалкая, она, кажется, ждет не дождется конца своего дежурства (А. Вампилов, Сугробы). В примере представлен такой вид метафоры, как олицетворение, причем человеку уподобляется неживое (луна).

Для МС кажется более характерны необразные употребления. В них ситуация представлена воображаемым (1) или ирреальным (2) событием. Например: (1) Вдруг скрипнула дверь, и в комнату вошла та самая женщина, которую он видел с голой шеей и локтями. Ей было лет тридцать. Она была бела и полна в лице, так что румянец, кажется, не мог пробиться сквозь щеки (И. Гончаров, Обломов). (2) Это, конечно, была балерина. Их всегда можно узнать по какой-то прозрачности. Кажется, дунь — и ее не станет (А. Эфрос, Продолжение театрального рассказа). — Вы меня не поняли, — прошептала она (Одинцова — Н. Г.) с торопливым испугом. Казалось, шагни он еще раз, она бы вскрикнула... Базаров закусил губы и вышел (И. Тургенев, Отцы и дети).

В приведенных высказываниях МС кажется сочетается со средствами, выражающими грамматическое значение ирреальности.

Одни и те же модальные показатели как будто, кажется служат знаками кажимости и могут выражать, по сути, противоположное модальное значение достоверности. Категорию достоверности исследовала Е. С. Яковлева [Яковлева, 1983, 1994]. По результатам этой работы можно прийти к заключению, что показателями достоверности являются МС кажется, как будто, вроде, так как в них, по мнению автора, присутствует элемент знания, в таких же МС, как наверное, вероятно, очевидно, видимо, может быть и др., элемент знания отсутствует, поэтому они являются показателями недостоверности.

Таким образом, поле достоверности, которая выражается модальными словами, очень невелико, можно сказать, худосочно, это всего три МС: кажется, как будто и вроде бы (вроде). И это не случайно. Достоверность в русском языке выражается в высказывании без всяких показателей. По мнению В. А. Белошапковой, достоверность есть выражение уверенного или неуверенного знания [Белошапкова, 1981, с. 478]. Другое определение дает Е. С. Яковлева: достоверность трактуется ею как оценка говорящим своих знаний об описываемом явлении [Яковлева, 1983, с. 2].

С нашей точки зрения, достоверность выражают модальные слова, которые маркируют акт удостоверения, свидетельства, фиксации положения дел говорящим, интерпретация же событий должна быть отнесена к кажимости. К выражению достоверности можно отнести примеры типа: Грохота я не слышал — это как удар молнии вблизи, — только хлопок. Зазвенело, вскинуло и опустило. Кажется, жив. (А. Генатулин, Каска). Допив вино, взглянул в окно — дождь как будто стал затихать (М. Алданов, Начало конца).

Если ранее мы рассматривали такие употребления знаков кажимости, когда за высказыванием либо стоит ситуация-прообраз, либо подразумеваемая ситуация, то ниже можно видеть другой вариант выражения значений кажимости. Покажем это на следующих примерах: При переходе нашем в отрочество англичанок и француженок постепенно стали вытеснять отечественные воспитатели и репетиторы, причем нанимая их, отец как будто следовал остроумному плану выбирать каждый раз представителя другого сословия или племени (В. Набоков, Другие берега).

(А. Толстая, Отец).

Все научное он (Пушкин — Н. Г.) считал ни во что и как будто желал только доказать, что мастер бегать, прыгать через стулья, бросать мячик и пр. (И. Пущин, Записки о Пушкине).

В приведенных высказываниях говорящий (автор) делает попытку объяснить поведение наблюдаемого «третьего лица» адресату, к которому обращена интерпретация. Здесь происходит то же самое, что и в разговоре двух собеседников о третьем, отсутствующем, — возникает сценарий поведения этого третьего. Диалогичность сохраняется и в монологе, где говорящий предусматривает возможные возражения своим аргументам. Употребляя модальное слово как будто, говорящий выдвигает свою версию, но не выдает ее за единственно верную.

Если в соответствии с результатами исследований Е. С. Яковлевой [1983] подставить в приведенные примеры модальные слова, такие, например, как кажется, в котором доминируют признаки «знаю», «однозначно трактую», или видимо, которое говорящий употребляет, когда не обладает непосредственным знанием о ситуации либо обладает недостаточным знанием, но делает логический вывод, то получим в основном отрицательные результаты:

 — * Соня, кажется, не доверяла счастью, не умела его взять...

 — * Пушкин, кажется, желал только доказать, что мастер бегать...

 — * Соня, видимо, не доверяла счастью, не умела его взять...

 — * Пушкин, видимо, желал только доказать, что он мастер бегать...

МС кажется является сильным синонимом употребления МС как будто в качестве показателя достоверности, но не годится для замены в приведенных примерах, поскольку здесь мы имеем дело с чисто субъективным утверждением — интерпретацией. Показатели достоверности здесь не подходят, так как вторгаются в эфемерную ткань мнений о чужих переживаниях, чужом взгляде на события, чужом поведении.

Подводя итог, можно разделить все высказывания со знаками кажимости) на два типа: образные и необразные. Образных для разных знаков кажимости немного — от 15% до 25% употреблений. Необразные делятся на высказывания собственно кажимости (воображаемое, ирреальное событие) и на высказывания — интерпретации, в которых прямые суждения суть версии субъекта.
 

Литература

  1. Арутюнова Н. Д. Стиль Достоевского в рамках русской картины мира // Поэтика. Стилистика. Язык и культура. Памяти Т. Г. Винокур. М.: Наука, 1996.

  2. Арутюнова Н. Д. Язык и мир человека // М., Языки русской культуры, 1998. 896 с.

  3. Баранов А. Н., Плунгян В. А., Рахилина Е. В. Путеводитель по дискурсивным словам русского языка. М.: Помовский и партнеры, 1993. 207 с.

  4. Булыгина Т. В., Шмелев А. Д. Языковая концептуализация мира (на материале русской грамматики). М., Языки русской культуры, 1997. 576 с.

  5. Грамматика современного якутского языка. Т. 2. Синтаксис / Под ред. проф. М. И. Черемисиной Новосибирск: Наука, 1995. 336 с.

  6. Теория функциональной грамматики. Темпоральность. Модальность / Под ред. проф. А. В. Бондарко. Л.: Наука, 1990. 263 с.

  7. Современный русский язык / Под ред. В. А. Белошапковой. М.: Высшая школа, 1981. 560 с.

  8. Хамид Хасан Альван. Семантические факторы категориального преобразования русского глагольного слова (на материале глагола «казаться» и его производных): Автореф. дисс. ... канд. филол. наук. Воронеж, 1985. 24 с.

  9. Яковлева Е. С. Значение и употребление модальных слов, относимых к разряду показателей достоверности/недостоверности: Автореф. дисс. ... канд. филол. наук. М., 1983. 21 с.

  10. Яковлева Е. С. Фрагменты русской языковой картины мира (модели пространства, времени и восприятия). М., Языки русской культуры, 1994. 260 с.
     

Текущий рейтинг: